сделали велик и погода испортилась...
Хочу СОЛНУШКО! <_< ХОЧУ! <_<

Когда мы встретились, случайно каснувшись плечем друг друга в серой толпе, воздух был ещё холодным, вода скованна тугим льдом, а в очаге разрушенного дома тлели сырые сосновые поленья. Казалось что все это никогда не закончится..
Все же, в этой жизни много маленьких чудес о которых мы забываем за пеленой повседневности. И за зимой приходит весна..
Первые весточки несет воздух. Согретый лучиками тепла, ласки, он весело резвясь отыскивает и высвобождает из под снега запахи прошлогодней травы, коры деревьев, терпких плодов рябины и земли. Как будто говоря всем «Эй, просыпайтесь!». А лучики тем временем подбирают ключи к узорам-паутинкам льда. Очищая округу от снежных шапок, просушивая просыпающуюся землю..
Сладко потягиваясь и потирая заспанные глазки, земля оживает сотнями тысячь мизерных созданий. Суетно бегая, они по хозяйски осматривают свои обновленные владения. Наводят порядок, освобождая место новой жизни..
Самой последней просыпается вода. Выглядывая из за изрядно худеющей корочки льда, старательно подтачивает его изнутри. Видимо спешит к неразлучному своему мужу-воздуху..
Вместе — они дарят жизнь всему живому на земле. И лишь внимательный узрит что эти двое ничего не сотворят без любви, щедро данной им свыше, спустившейся с небес теплыми, нежными лучиками..
В это весне найдется наш уголок на земле. Мы построим новый дом в котором разведем огонь в очаге, в котором сотворим свой гармоничный мир, понятный только нам двоим..
Это будет потом, точно будет, поверь мне, а сейчас... Мы лишь в начале весны, весны в наших душах и сердцах. И значит нужно ценить то что здесь и сейчас, между нами. Не ждать, но точно знать что все будет.

P.S. У мужества нет возраста...

Настроение: Достойное
Слушаю: Enya - Portrait

Как будто обрывки записок с того света перечитываю те строки которые ты писала мне когда то.. Нежные, ласковые, теплые. Что-то очень важное и нужное, но оставшееся там, в прошлом. Былое - сладким сном с каплями терпкой горечи. Как хотелось бы вернуться, но понимаю что дороги туда уже нет. Яркими образами в стае кружащих листьев летят воспоминания, эмоции. Твой голос до сиих пор звучит у меня в голове. И только разум тихо говорит о том что это другой мир, другой я, другая жизнь. Видимо даже его печалит эта мысль. Он как будто дергает меня за руку, говоря, что нужно идти дальше, нужно помогать людям.
И лишь во снах мы встречаемся с тобой. Как будто подходя к зеркалу, смотрим друг на друга. Надо же.. Ты такая же как и была. Скучала. Прикасаясь, ладонь к ладони, я ощущаю твое тепло, а ты мой холод. И ничего уже изменить нельзя. Все точки расставлены, все мосты рухнули, и монолит в стенах застыл. Застыл воздух вокруг меня, а у тебя осталась вечная весна, которую ты так любила. Казалось, что умрем мы с тобой в один день. И было легко радоваться простым вещам. Такие разные, но уживавшиеся вместе. Я хочу, глядя в твои глаза попросить прощения. Во всем что случилось никто кроме меня не виноват. Прости, если сможешь.
Голоса тихим эхом.. Только теплое дыхание ветра поправит вьющиеся волосы на моей голове. Время прощаться, время идти. Отпустить и забыть. Отходя все дальше и дальше – оглядываюсь. Поверь, мне очень сложно даются эти шаги.
Письма тебе белыми пятнами выжгут редкие будни и останутся без ответа. Наверно так и будут тянуться вереничкой угасающей надежды.

Настроение: То что давно хотел выложить

Тихо играет раскрытая на столе музыкальная шкатулка. Её легкие звуки уносят память в детство. Счастливое, простое. Как будто кадры из старого выцветшего кино мелькают картины тополей, с облаками пуха в округе. Маленький дворик посреди высоких пятиэтажек, с немного нелепыми, нагромоздившимися крышами. Подъезд, выкрашенный несколькими слоями зеленой краски. По веющим прохладой ступенькам, бежит малец. И нет, наверно, счастливее никого во всем свете, чем он. Вбежав в квартиру, окинув все безынтересным взглядом, спешит на кухню. Старинные часы важно тикают на стене. В их изголовье сидит сова, вот уже второй век наблюдая. Семейные фотографии в деревянных рамках. Отдающие желтизной, в ореоле дымки лица и фигуры. Уставшие, знойные лучи солнца прокравшиеся к ним сквозь не задернутые занавески. Потрепанное фортепиано в углу, у входа. Плюшевый медведь пристроился у подлокотника, на диване. Видимо ждет возвращения озорного хозяина. Наказ матери «Долго не гуляй!» и открытая на комоде музыкальная шкатулка со скромным скарбом украшений. Все это и даже больше, то что не способно написать ни одно перо, но способно прочувствовать лишь сердце человека, который когда то был маленьким и счастливым. Как будто вырванная запись чьего то дневника, греющая душу.
Все становится особенным и узнаваемым лишь по прошествии десятилетий. Ты ценишь это и молишь Бога о том что бы все повернулось в спять, лишь только бы прижать к себе медведя у которого уже нет носа, что бы обнажить клавиши тогда ещё ненавистного фортепиано, и увидеть сову, в которую плевался гречкой из трубочки. Что бы снова, как тогда, подтащить табурет к окну и в надежде не попасться матери, сидя на подоконнике четвертого этажа смотреть на вальс тополиного пуха. Что бы по закату, закрывая глаза погружаться в сладкий, открытый для смелых фантазий мир грез.
И лишь музыкальная шкатулка матери как проводник между прошлым и настоящим, тонкими веревочками связывает и уводит тебя к воспоминаниям твоего простого, счастливого детства.

Настроение: То что давно хотел выложить